ProstoNado201

World of Warcraft Старые истории: Череда случайностей

(Незадолго до обновления 5.3)
 

Дворфы Разящего Молота наконец-то собрались вместе. Сейчас их отряд направляется в сторону места под названием Осклизлая Скала. Во главе отряда идет Двудгор, который лучше всего знает эти места, за ним следует Гардог, затем Дорн, Морлина и Дюк, а замыкающим – Рагнар.

Отряд Каменный Кулак готовится к возвращению в Молот. Тролли из деревни Сломанного Клыка пообещали, что дадут несколько отрядов, если отряд сможет остановить продвижение дворфов Заоблачного Пика. Отряд должен был саботировать пути снабжения на севере Внутренних земель, поставлявшие припасы к лагерю Грозового Крыла. Отряд медленно продвигался на юго-запад, по старой грунтовой дороге. Везде, куда хватало глаза, виднелись крепкие сосновые стволы, так характерные для земель Амани. Неожиданно ветер донес запах затхлости - где-то впереди находилось старое озеро.

Тром’нок приказал отряду двинуться в сторону озеру, дабы слегка пополнить запасы воды, хотя сначала он планировал пройти мимо, так как хотел поскорее покончить с делом и направиться освобождать Падший Молот от троллей.
Мортилиус следовал за командиром. За всю дорогу он почти не произнес ни слова. Он предался воспоминаниям своей жизни. Его доспехи уже были починены, раны он зашил самолично. Рунный клинок покоился у него за спиной.
Широкими шагами мерил землю Тиэлис, вздымая коваными носками сапог пыль дорожную. Приятной тяжестью ощущался любимый верный щит за спиной. Ишь, командир, отобрать собрался! Посмотрим, кто кого! Тиэлис просверлил взглядом спину идущего впереди Трома, словно дыру прожечь в ней пытался. Посмотрел-посмотрел, да и присвистнул звонко.
Зета'Ра брела за Септором. Она не без труда тащила худыми руками небольшой одноручный топор и большой круглый деревянный щит, выданные ей хозяином... совершенно не представляя, что ей делать с этими вещами, троллиха всю дорогу слегка боязливо держала их в руках.
Септор обернулся к Зете.
Септор: Напомни мне в следующий раз не соглашаться на всякие глупости. Хорошо если будет бой, иначе мы попусту тратим время.
Септор повернулся обратно и прикрыл глаза, старясь двигаться по памяти и звукам, но то и дело оступался и задевал корни.
Зета’Ра: Как вы приказать, господин. В следующий раз я вам напомнить не согласится на глупость.
Троллиха довольно сильно искажала слова, все еще не владея орочьим нормально. Она осторожно выглянула из-за спины Септора и оглядела отряд, пытаясь понять, о чём говорят остальные.

Дорн не спеша брёл вперёд, опираясь на свой жреческий посох и устало рассматривая спину тана. Изрядно похудевший за последнее время рюкзак оттягивал спину, а привязанное к нему ружьё нещадно било прикладом по ногам. Увы, дворф всё никак не мог выкроить время, что бы вновь подогнать снаряжение под себя, но даже в этом была польза: ружьё не давало уснуть бедному дворфу, который, похоже, изрядно не выспался.
Гардог молча шел за Двудгором, лишь изредка что-то ворча в бороду. Заприметив озеро, он махнул рукой.
Гардог: Ладно, пора передохнуть, двигаемся к берегу. Двудгор, как озеро-то зовется?
Двудгор оглядывал равнины и холмы. Эти места всегда были опасны, часто можно было нарваться на диких животных или троллей. Дворф не скрывал мелкое напряжение и ответственность за тех, кто шел позади него. Шаман кивнул и, слегка повернув голову, ответил тану:
Двудгор: Озеро Доблести. В былые времена было богато оно на рыбу.
Морлина бодро шкандыбала вслед за таном и, широко раззявив рот и распахнув глаза от восторга, с жадностью и любопытством глазела на невиданные и чудные пейзажи по обеим сторонам от себя. Усталости дворфийка, судя по всему, не ощущала. Фамильное ружье болталось за спиной, там же висел порядком опустевший за время путешествия замызганный рюкзак. Волосы растрепались и лезли в глаза, но сей факт нисколько не омрачал радости от всех прелестей походной жизни.
Рагнар шел замыкающим и угрюмо осматривал красоты Внутренних Земель, его уже несколько дней подряд одолевала усталость, и он ненадолго прикрыл глаза. Неожиданно кроколиск, который полз рядом с ним, громко фыркнул. Этого было достаточно, чтобы Рагнар опять открыл глаза и продолжил следить за дорогой.
Наверное, Дюк был полной противоположностью усталому и угрюмому Рагнару. Его огромный рюкзак уже несколько дней неутомимо болтался перед носом у замыкающего, скрывая самого Дюка. Дворф и сейчас бодро шагал по тропе, насвистывая себе под нос что-то весёлое и беззаботное.

Следующий поворот привел Кулак прямо к большому озеру, называемое озером Доблести. Оно находилось глубоко между тремя холмами, заросшее камышом. На поверхности было много тины и водорослей - видимо, озером не пользовались даже тролли. Запах затхлости стал сильнее, хотя и не настолько, чтобы особо сильно мешать, хотя чувствительным носам лесных жителей здесь явно было не очень хорошо.

Жрец внезапно встрепенулся и к чему то принюхался. Кажется, запахло неприятностями, и запах этот имел отчётливый привкус орков и нежити. Уж его-то многоопытный путешественник всегда с лёгкостью заметит.
Дорн: Эй, вы слышите? Чую, чую, оркским духом воняет, будь он неладен. Здесь, вроде как, как раз где-то деревня зеленокожих притаилась, да и тролли, эти отвратительные твари, тоже где-то тут обитают? Денди, ты что-нибудь чуешь? Ты же служебно-розыскной кроколиск, ты должен знать...
Гардог: Проклятье!
Гардог начал было ворчать, взглянув на это, якобы, озеро, но остановился, услышав слова Дорна. Дворф потянул воздух носом.
Гардог: Не знаю, какое у тебя звериное чутье, Дорн, но я кроме этого болотного запаха я больше ничего не чувствую, как будто нам его не хватило в Болотине.
Гардог двинулся к воде, бряцая своей кольчугой.
Морлина, услыхав слова Дорна, остановилась и теперь, околачиваясь близ своего текущего местопребывания и прищурившись, глядела поверх кустов и дворфийских голов, надеясь высмотреть около озера, источавшего тошнотворный запах тины, отвратительные мерзкие рожи орков, коими ее пугали за непослушание в детстве. Руки по привычке сняли мушкет с плеча и зарядили его. Так, на всякий случай. Жрецу и его чутью дворфийка вполне доверяла, особенно если дело касалось таких тонких и опасных для жизни материй, как внезапная встреча с неприятелем.
Двудгор осматривался настороженно, он достал увесистый боевой молот и сжав челюсть, стал мрачней тучи. Шаман побрел вслед за таном.
Двудгор: Рагнар ты что-нибудь видишь тут необычное?
Рагнар лишь пожал плечами и посмотрел на холмик, с которого, наверное, открывается чудеснейший вид на озеро.
Рагнар: Если кого увижу, сразу подам сигнал.
Он перекинул винтовку и обернулся к кроколиску.
Рагнар: Денди, оставайся с Дорном, там мне напарники не нужны.
Дюк: Чего за штиль?
Дюк говорил довольно громко, заглядывая через плечо впереди идущего. Все кругом как-то посерьёзнели, но на дворфа с рюкзаком напряжение явно не передалось.
Дюк: Привал, что ль?
Дюк уже готовился сбросить рюкзак.

Тром’нок: Ха! Это так называемое озеро - очень прекрасное место для того, чтобы поиздеваться над какими-нибудь слабонервным эльфом-новобранцем, привыкшем к винам Луносвета и красоте его лесов. Ах, какой прекрасный и чарующий запах! Если бы не задание, то я бы с радостью, ради вас, рядовые, разбил тут лагерь.

Мортилиус остановился вместе со всеми. Идея командира была забавна, но на взгляд рыцаря, не слишком удачна. Болото - не самое лучшее место для лагеря. Но он все также сохранял молчание и наблюдал за обстановкой.
Остановился Тиэлис, будто стрела на излёте пойманная. Притоптал тёмную траву на берегу и повёл кончиком носа, принюхиваясь.
Тиэлис: Хватит нести чушь, стараясь меня задеть!
Эльф будто о субординации и не думал даже. Может, за это и был он всегда в немилости. Впрочем, беззлобно как-то рявкнул. Даже в глазах показалось что-то озорное, мальчишеское.
Тиэлис: Что остановились? Кто-то, никак, водицы похлебать захотел?!

Тем временем ветер, дувший в сторону отряда, изменил своё направление, начав дуть в сторону дворфов. Запах стал намного слабее, однако теперь страдали дворфы. Отряд, подошел вплотную к озеру, выровнявшись не совсем стройной колонной и ожидая приказа Тром’нока.
Септор: Хоть что-то хорошее.
Септор вздохнул полной грудью.

Дорн: Есть мнение, дорогой Дюк, что впереди на нас засада устроена. Так что доставай свои причиндалы, похоже, и для них, наконец, настало время. Верно, Денди? Там ведь плохие орки?
Дорн похлопал кроколиска по спине, а затем достал ружьё и не спеша зарядил его. Чему-чему, а своему нюху он доверял.
Кроколиск что-то фыркнул в ответ, задумчиво втянул широкими ноздрями воздух, на секунду задумался - и не спеша потрусил прямиком через кусты, стоящие между отрядами дворфов и мерзких зеленокожих. Спустя несколько секунд раздалось радостное пыхтение, не двусмысленно показывающее, что Денди определил цель и сфокусировался на ней.
Дорн: Он что-то нашёл! Ну, точно, засада!
За эти несколько дней жрец прекрасно изучил повадки рептилии, потому тут же встал в кусты рядом с кроколиском и приготовился открыть огонь.

Тром’нок: Вонь чуть ли не исчезла! Как жаль, как жаль… Видимо, вы не насладитесь чарующими запахами этого озера. Может, вас хотя бы скинуть в воду? А то совсем скучно... Что ж, набираем немного воды и сваливаем к чертям собачьим выполнять задание, а там и до осады Павшего Молота недалеко.
Тром’нок мечтательно смотрел вдаль, желая поскорее поучаствовать в будущей бойне.

Гардог склонился над водой и, сняв повязку, начал смывать запекшуюся кровь с левой ладони.
Гардог: Ну, раз засада, то чего орешь, как ошалелый, - спокойно сказал тан Дорну, поднимаясь на ноги. – Готовься к бою, чего уж.
Морлина, приняв к сведению сообщение о засаде, сухо кивнула и, быстренько проведя рекогносцировку и предположив приблизительное нахождение противников, отошла в импровизированный оборонительный пункт, которым послужило одно из многочисленных деревьев, росших по окрестностям, готовясь в любой подходящий и не очень момент открыть огонь.

К запаху орков примешались запахи троллей и тауренов, иногда даже можно было различить сладковатые нотки вони Отрекшихся.

Мортилиус продолжал молчать и ожидал дальнейших приказов, ибо воду он уже давно не пьет.
Тиэлис поморщился ощутимо и хохотнул. Снова беззлобно как-то.
Тиэлис: Набрать воды?! Этой воды?! Да её без фильтра и пить невозможно! Загнёшься сразу! А не сразу - так через пару часов в корчах и муках!
Однако рявкал эльф, скорее, для проформы. Сам же наклонился и зачерпнул флягой дурно пахнущей водицы. Фильтр простецкий можно и в пути сделать.
Двудгор осмотрел озеро и сжав рукоять молота обернулся к тану и тихо прошептал ему: - Пусть нас прикроет кроколиск, если что, думаю, мы поймем, где эти гады зеленые.
Рагнар осторожно забрался на холм и достал винтовку. Но, завидев группу ордынцев, понял, что будет лучше упасть в кусты и потихоньку отстреливать этих самых ордынцев по одному...

Один из троллей Кулака заприметил какое-то шевеление на одном из холмов и неуверенно дернул рукав Тром’нока, указывая на этот холм.

Дюк: Засада?! Да ты что, настоящая?! Как же давно я не был в деле!
Дюк скинул с плеч здоровенный рюкзак.
Дюк: Я в деле не был уже сколько... эммм... с той встречи с мурлоками, да!
Дюк оживлённо продолжал о чем-то болтать, отцепляя от одной из лямок своё излюбленное оружие - "Малыша". Переносное орудие, только отдалённо напоминающее мушкет (у него был приклад, и кремнёвый замок, а ствол - от небольшой пушки). Дворф принялся энергично заряжать своё оружие, продолжая нести всякую ахинею.

Зета'Ра жадно всматривалась в озеро, пить ей хотелось, но она не смела, приблизиться к воде без команды Септора, а потому то с завистью поглядывала, как другие набирают воду, то смотрела на спину хозяина, периодически облизывая высохшие губы.
Септор выбрал место почище и уселся, положив клинок на колени. Сняв бурдюк с водой, он отпил пару глотков и протянул Зете.
Септор: Два глотка.

Только продравшись через кусты и заприметив бандформирование грязных животных впереди, Дорн едва не нажал на спусковой крючок, заслышав радостные восклицания Дюка. К счастью, он сумел вовремя остановиться, но вот непроизвольно вырвавшееся из него восклицание не услышит только тупой орк. Повторно выругавшись, уже не особо сдерживая себя, дворф тщательно прицелился в одного из орков - большого, с топором, – кажется, командира, и стал ждать сигнала к атаке от ещё не добравшегося до места событий тана. Кроколиск же стоял рядом, улыбаясь во всё своё множество зубов и предвкушая потеху.

Тром’нок взял свою флягу с водой да вылил содержимое на Тиэлиса. Затем он кинул ее в эльфа и приказал наполнить. После этого орк перевел свой взгляд на чарующее небо.
Тром’нок долго и мечтательно разглядывал небо, но тролль прервал спокойствие и умиротворение сержанта, что, естественно, взбесило орка.

Тром’нок: Какого хера ты делаешь, тролль?! Тебе что, сохнуть надоело?!
Тролль фыркнул и ответил, указывая на холм
Тролль-разведчик: Командир, нельзя ли тише? Я заметил на том холме странное шевеление...
Тром’нок присмотрелся к указанному месту и увидел выпячивающийся конец винтовки.
Тром’нок: Черт, засада, все в воду!
Орк со всей дури плюхнулся в воду, ожидая, что дворф выстрелит в него.

Отряд бросился исполнять приказ командира, побросав свои вещи. Только те, кто стоял в последних рядах, удивленно смотрели на внезапно потерявших рассудок сослуживцев, метнув все, что они могли метнуть, прямо в злополучные кусты, где засел дворф.

Куда торопятся, - продолжал ворчать Гардог, направляясь за Дорном и на ходу перематывая старым бинтом рану на ладони. Закончив с этим и подойдя, наконец, к дворфу с ружьем, он заметил, что на берегу бегают ордынцы. Лицо Гардога тут же переменилось, он кровожадно улыбнулся. - Огонь! – прокричал тан, сняв с пояса молот.
Морлина, рассмеявшись самым искренним смехом – злорадным, - тщательно прицелилась и, на выдохе плавно спустив курок, выстрелила в бултыхающегося аки топор в воде наиближайшего орка, не успевшего за столь краткие мгновения отплыть на какую бы то ни было приличную глубину, уйдя сим образом из зоны обстрела и скрывшись от картечи под слоем воды. Рассматривать диковинку было некогда, но ничего, после боя будет масса возможностей присмотреться к зеленокожим поближе.

Мортилиус быстро нырнул в озеро и стал набирать глубину. Он сразу стал обдумывать план действий, уже в воде достав свой клинок.
Тиэлис характер имел совершенно неуживчивый. Неудобный, надо сказать, характер. И постоянно он, будто существующий отдельно от эльфа, толкал того на совершенно немыслимые поступки, из-за которых он и в карьере много неприятностей имел, и при общении. Вот и сейчас, вовремя заприметив летевшую в него флягу, отступил Тиэлис в сторону, попав под очередной всплеск заблестевших на солнце брызг.
- Бесполезный кусок... - начал своё привычное эльф и осёкся. Метнулся в воду, всколыхнув гладь и изрядно обрызгав Трома. Встал рядом, рявкнул что-то нечленораздельное и выхватил из-за спины крестообразной формы щит. Что, отобрать хотел, командир?! Ну-ну!
Двудгор яростно взревел и со злостью воззвал к Стихиям: - Вода внемли мне, ударь по моему противнику, не дай добраться до жреца!
Шаман опустил свой молот в землю - и Вода, услышав зов дворфа, откликнулась.
Все могли заметить, как на озере появилась волна, готовящаяся обрущиться прямо на голову Тром’нока.

Озеро истончилось, повинуясь силе шамана и отдавая воду волне. Некоторые ордынцы остались лежать в донной грязи, по инерции двигая руками и пытаясь уплыть.

Рагнар выхватил походную флягу и отхлебнул немного, следуя традициям настоящих дворфов, и начал вести обстрел по группе ордынцев, выцеливая уязвимые места троллей, попутно перезаряжаясь, покуда патронов хватит. На сам отряд Каменного Кулака он подготовил нечто поинтереснее...
Конечно, перезаряжать такую бандурину как "Малыш" - дело долгое и нудное. Но не для Дюка. Он всегда носил этого монстра наполовину заряженным: надо только засыпать сам заряд и порох на полочку. Что Дюк и сделал. И, конечно же, вынул из рюкзака гранаты. То есть бомбы. То есть бомбу. Чугунную такую, старую корабельную бомбу малого калибра. И со всем эим побежал на холм - лучшее место для развёртывания артиллерии. Вскоре Дюк Макдауни уже был наверху

Септор пихнул Зете бурдюк в руки, - В укрытие. - сняв сумку, он кинул ее троллихе и поспешил уйти в сторону, что бы обойти дворфов с фланга.
Зета'Ра испуганно закивала и, крепко схватив вещи хозяина, но при этом уронив щит, бросилась к ближайшим камышам на краю озера, надеясь спрятаться в них. На ходу троллиха что-то негромко бормотала на родном языке.

Дорн и не думал стрелять, когда орк упал в воду. Он спокойно вёл тушу командира и выстрелил лишь тогда, когда тан, наконец, пробившийся сквозь кусты, приказал открыть огонь. Куст окутали клубы дыма, а спустя мгновение туда один за другим прилетели десяток предметов: фляги, метательные кинжалы, чей то двухметровый топор. К счастью, Дорн, сражавшийся с орками ещё во времена их первого вторжения, к тому времени уже давно валялся на земле, потому топор прошёл над ним и врезался в дерево. Но взамен дворф получил контузию флягой с отборным грогом, а в довершение всего кинжал влетел прямиком в дуло ружья, сделав невозможным стрельбу из него. Что-то шепнув верному кроколиску, Дорн потихоньку пополз назад, стараясь не врезаться в вальсирующие вокруг деревья. Орочий грог крепко бьёт в голову!
- Их там... более... полусотни, - только и смог пробормотать он, прежде чем сползти по дереву. - Нужно... бежать... скорее... послать... за Громовыми Молотами...
В ближайшие несколько минут Дорн точно будет недееспособен.
Денди, тем временем, отбежал на пару десятков метров от места стычки и аккуратно погрузиося в воду, направляясь к паникующей Орде.

Тром’нок упал на колени сразу, как вода исчезла из под него, и, завидев волну, сделал кувырок и отпрыгнул от нее, упав и удивившись, как он смог сделать это по грязи. Затем он выплюнул грязь изо рта, быстро вставая, оценил обстановку и, решив, что шаман может принести больше всего хлопот отряду, выхватил топор и понесся на него. Пуля дорна же, к счастью для орка, пролетела на пару сантиметров выше него.

Гардог, выругался, и коротко кивнув Дорну, добавил: - Давай, мы тут пока немного разомнемся, а потом за тобой двинем.
Заприметив орка, бегущего в сторону Двугора, тан поднял молот и встал между ними, приготовившись к бою.
- Лупи лежачего орка, топчи упавшего тролля! – весело хрюкнула Морли и, прикрывая Двудгора, метким выстрелом собралась отправить к праотцам бежавшего на шамана ордынца. Если не убьет, то с курса собьет однозначно, обеспечив другу парочку лишних секунд для принятия решения, ну или, на крайний случай, банального побега с присущими последнему дикими истошными воплями, вылезшими из орбит глазами и хаотичными размахиваниями руками.

Мортилиус несколько удивился исчезновению воды из озера, но быстро забыл об этом, переключившись на крокодила, несущегося не него. Он перехватил рукоять меча покрепче и бросился навстречу зверю.

Стоявший подле Трома эльф скользнул по вязкой грязи, оставив длинный глубокий след. Не упасть ему помог всё тот же верный щит, о который Тиэлис вовремя успел опереться. Упав-таки на одно колено, эльф громко чертыхнулся и рывком вскочил на ноги. Бежать вперёд. Взлететь на пригорок, ударить всей плоскостью щита, что есть силы.
Стиснув пальцами такую привычную ременную петлю, другой рукой эльф выхватил из ножен клинок и, проделав залихватский финт то ли для форсу, то ли по привычке, метнулся за командиром. Пропадёт ведь...
- Мусор бесполезный! - вслух закончил свою мысль Тиэлис. Как всегда громко. Не умел он тихо говорить, такое чувство.

Двудгор, оценил скорость битвы и решил не отставать, на дворфе появился оскал лишь заметив, как тан прикрыл его от орка. Шаман резко ушел в бок и решил помочь тану, нападая на зеленого с правого фланга в помощь Гардогу!
Рагнар взревел при виде приближающего к его кроколиску воителя Орды и зарядил свою винтовку экспансивным патроном, желая мучений и медленной смерти гаду. Прицелившись в наиболее уязвимое место, произвел выстрел, целился, конечно, в туловище, наиболее эффективный выстрел пойдет именно туда.
Дюк взлетел на пригорок, сокрушив на своём пути все заросли тростника, высокой травы, и деревьев малого размера. Взгляд на местность. Аллоха! Нет ничего лучше для выстрела картечью (а заряжена была именно картечь) чем неорганизованно разбегающаяся/контратакующая толпа. Нажатие на спусковой крючок и давно забытый грохот пушки вновь услаждает слух молодого пирата. Рой злой картечи достался оркам, Дюку - мощнейшая дымовая завеса.

Избавившись от лишнего груза, Септор несся на всех парах, то и дело поглядывая по сторонам. Грохот давал понять, что битва еще идет, а последний выстрел помог найти своего врага. Отпрыгнув от дерева, он резко сменил направление, побежав к холму, где засел стрелок.
Зета'Ра забралась в камыши и, спрятавшись там, лишь аккуратно выглядывала из зарослей, осматривая поле боя. Троллиха приметила волну воды, идущую по озеру, она помнила, как не так давно, дома, во время гроз она помогала старшему шаману успокаивать стихии.
Троллиха сложила вещи Септора рядом, села, поджав под себя ноги; сложила руки на груди и начала качаться, тихо нашёптывая давно заученные слова. Ей сил, конечно, было недостаточно, чтобы успокоить стихию, но она могла ослабить волну и вернуть часть воды на её законное место.

В призванной Двудгором волне начинают появляться очертания отдельных водных духов.

Взгляд Дорна рассеяно блуждал по окрестностям поля боя, пока контуженая голова пыталась прийти в себя. Неожиданно он наткнулся на орочью флягу - ту самую, что оглушила его минутой раньше. Дворфийский инстинкт выпить всё, что попадётся под руку сильнее любой, даже самой сильной контузии, поэтому дворф протянул дрожащие руки к смертоносному снаряду, вытянул пробку и залпом осушил содержимое.
Спустя несколько секунд, когда Дорн наконец смог дышать, в его глазах появился смысл, а над головой едва не засияла лампочка - столь прекрасна была нахлынувшая вместе с грогом идея. Дорн очень быстро подполз к своему рюкзаку, стоящему у дерева, и вытянул оттуда подозрительно выглядещее приспособление. Ещё несколько секунд ему понадобилось для того, что бы преодолеть расстояние до Дюка и его рюкзака - и вот в голубые небеса Азерота взмыла прекрасная ракета, которую могут заметить периодически бывающие здесь патрули Громовых Молотов.
Ну а Денди, по прежнему улыбаясь, устроился где-то на глубине, где даже орк будет сражаться едва не по горло в воде, и принялся ждать удачного момента.

Ракета взвилась высоко над лесом, однако яркое солнце несколько притушило её блеск. Тем не менее этого хватило, чтобы её заметили.

Тром’нок – не дурак, как обычно заблуждаются члены Альянса, думая об орках. Он наблюдал за дворфийкой-стрелком и, завидев, что она готова выстрелить, резко пригнулся, продолжая бежать, надеясь сбить Гардога своим 170-и килограммовым весом, не считая напяленных доспехов. Сержант был готов к долгому бою, ибо знал, что этот дворф – далеко не легкая мишень и подобраться к шаману ему не получится, пока командир (так показалось Трому из-за повадок дворфа) жив. Тем более, лишив отряд главного, можно сильно ослабить боевой дух противников, так сказать, победив наполовину.

Тем временем залп картечи таки накрыл барахтающихся в грязи ордынцев. Пятеро бойцов получили сильные ранения, однако из-за толстого слоя грязи и довольно большого разброса остальные отделались царапинами, которые, тем не менее, начали болеть из-за трения об мокрый песок.

Гардог, при виде несущегося на него здоровенного орка, попробовал сделать пару шагов в сторону, когда до столкновения оставалось пару мгновений и нанести удар молотом по не успевшему среагировать противнику.
Огненноволосая, фыркнув от досады, в который раз ружьё перезарядила отточенными до автоматизма движениями и, оценив наметанным глазом примерную траекторию несущегося аки танк напролом шкафообразного орка, выстрелила туда, где зеленорожий «друг» должен был быть меньше чем через секунду, надеясь уничтожить таки зарвавшегося, ну или отрезать от тана.

Тром’нок не учел, что вокруг него - скользкие остатки камышей и другой травы. Он поскользнулся - и со всей дури ударился головой об молот дворфа. Однако скорость была такой, что он упал всем своим весом прямо на командира, и они вместе покатились прямо в жижу. Удачное падение также спасло орка от пули, хотя он и хорошо хрякнулся башкой.

Мортилиус, крепко сжав клинок, почти сошелся в бою с кроколиском. Он спрыгнул в яму, в которой по прежнему не было воды. Зверь затаился на дне озера, ожидая удобного момента для атаки. Поэтому рыцарь стал продумывать свои действия. Вокруг лежало несколько ордынцев, раненных картечью. "Слабаки!" - с неприязнью подумал Мортилиус.

Крокодил заметил вонь Отрекшегося.

Тиэлис, метнувшийся вслед за Тромом, приминая сапогами траву и блёклые былинки, быстро осматривался по сторонам. Покинула темноволосую горделиво поднятую голову его залихвацкая идея взобраться на пригорок. Ни на какой пригорок он сейчас не собирался. Может, потом, если удастся. Впрочем, в этом эльф даже и не сомневался. Непременно удастся. Помочь Трому, а потом... Потом - шаман.
Падение командира и дворфа открыло путь к шаману. Сейчас - шаман. Громко рявкнул эльф непонятное что-то. На талласийском, что ли или, вообще, нечленораздельный набор букв? Рявкнул и, прикрываясь щитом, рывком бросился к дворфу.

Двудгор решил подхватить за таном как только успевал, дворф резко ушел в сторону и немного ошалел от неожиданной встречи орочьего командира и тана, шаман резко и опасливо обернулся в сторону завидев приближающейся на него эльфа. Дворф напрягся и, словно бешенный медведь, с ревом подпрыгнул, решив пригвоздить эльфа с щитом своим молотом. Двудгор ударил со всех сил.

Неожиданно волна, которая впитала почти всю воду озера, с оглушительным треском взорвалась, разбрасывая вокруг духов воды. Однако сама вода устремилась вниз, быстро подняв ил, и покатила на барахтающихся орков грязной волной... зацепив катящихся радом Гардога, Тром’нока и самого шамана.

Рагнар выстрелил в рыцаря смерти заранее заряженным экспансивным патроном и выстрелил в ногу желая защитить кроколиска.

Выстрел Рагнара попал в Отрекшегося, но просто пробил дырку в доспехах и его ноге, не задев кости.

Дюку было хорошо. Даже очень хорошо. Ядрёный запах хорошего пороха, запах воды (жаль, что не морской), разлитый в воздухе, крики врагов - всё как в старые добрые пиратские времена. Вот только малыш был разряжен, и это было печально. Впрочем, дело это поправимое. Дюк сбросил свой огромный рюкзак на землю, образовывая что-то вроде щита, и принялся перезаряжать своё чудовище. Дело это долгое: с учётом превосходных умений Дюка это займёт секунд 20-30...

Септор несся со всех ног на холм, и уже отчетлива различая дворфа, крепко сжал рукоять клинка, приготовившись нанести удар.
ЗетаРа, сидя в камышах, продолжала раскачиваться и, закрыв глаза, бормотать:
- Духи стихии, духи воды, взываю к вам. Вы зря поднялись, вы зря разозлились. Нет причин для гнева, нет причин для ярости, спокойно... спокойно… здесь нету ваших врагов… успокойтесь… - вряд ли слова троллихи могли остановить волну, но возможно некоторых духов они могли успокоить.

Септор бежал по твердой земле, потому у него особых проблем не было. Тем временем шаманство тролльки подействовало - ближайшие духи начали еще в полете превращаться в призрачную воду, растворяясь в воздухе.

Дорн окинул взглядом поле боя и, поняв, что у него ещё есть несколько секунд, крепко сжал в руках жреческий посох и закрыл глаза, истово молясь Свету и моля его защитить невезучих дворфов и дать шанс выбраться из этой передряги. Спустя пару секунд, на его руках замерцала светлая дымка, а дворфы могли почувствовать прилив сил и некую долю оптимизма в своём взгляде на вещи. Более того, парочку дворфов - тана Гардога и Двудгора - окружили слабые щиты из чистого Света, смягчающие удары врагов.
- Дюк, к бою! - Дорн открыл глаза и увидел приближающихся противников, после чего встал в боевую стойку пьяного шадопанского монаха. - Орки.
Ну а Денди тем временем заработал всеми шестью своими лапами и отплыл ещё дальше, издевательски оставаясь на поверхности. Неопытному взору трудно было заметить, что на самом деле под кроколиском уже свободно может утонуть орк... а ведь дно кажется таким близким.

Дворфов на несколько секунд окружил неяркий белый свет, залечивая мелкие порезы и раны. Тем временем один из орыднских шаманов, выбравшийся из грязи, проорал несколько слов на таур-ахе - и кожа Тром’нока покрылась крепкой земляной коркой, заживляющей его раны. Ордынцы уже начали приходить в себя, но те, кто попал под картечь, оказались в приближающейся волне.

Тром’нок не понял, что произошло, ибо к головокружению от удара молотом об голову прибавилось головокружение от переката по грязи. Он судорожно продолжал делать движения вперед по воде.

Волна уже достигла средины озера, приближаясь к эльфу и крокодилу.

Падение дворфа от столкновения с орком отчасти смягчил рюкзак. Во время всей этой вакханалии Гардог лишь думал о том, как не выпустить молот из руки ну и выбраться из внезапно нахлынувшей воды. Но в этой ситуации поплавать особо не удалось, и дворф пошел ко дну.

Морли злобно заскрежетала зубами. Палить в прежнюю цель возможности не было, слишком уж близко она была от Гардога, как бы не задеть достопочтенного тана. В связи с этим пришлось, так сказать, сменить цель и открыть огонь из некого модернизированного дворфийского оружия, которое не являлось гладкостволкой, ибо после выстрела из гладкостволки Трома бы с вероятностью 100% накрыло бы дробью, и не являлась винтовкой, ибо промазать из винтовки с такого маленького расстояния можно только целясь во вражину прикладом. Сия вундервафля же была способна выплевывать до 10 точечных снарядов в минуту, так что ходячим мишеням, столь непредусмотрительно продвигавшимся в сторону Дюка и его артиллерии, можно смело предсказать знатное веселье.

Мортилиус стал опускаться на дно озера: доспехи утяжеляли его, к тому же, на дне ему было легче сражаться, чем на поверхности воды. Рыцарь уже выработал некоторую стратегию против кроколиска. Спуск на дно был первым шагом, так как в воде у зверя было больше возможностей для атаки. Следующий шаг зависел от нападения кроколиска.

Запах Отрекшегося пропал, теперь кроколиск его учуять не может, однако по воде распространился вкус гнили. Тем временем бойцы Кулака, оставшиеся на берегу, бросились на подмогу застрявшим в иле бойцам и начали их вытаскивать, спасая от волны.

Волчьим шагом заскользил Тиэлис по влажной траве, уклоняясь от удара. Заслонился щитом, не пуская в ход меч. Не стремился он атаковать, выжидал всё чего-то. Никак, закружить дворфа пытался и измотать ложными выпадами.

Дворф понял, что сделал просчет и просто потянул время. Теперь нужно делать упор на хитрые атаки а не на силу. Шаман принялся изредка нападать на эльфа по диагонали, меняя свое положение. Двудгор сосредоточенно следил за эльфом, пытаясь его измотать и хитро поймать.

Услышал что кто-то приближается к его с Дюком укрытие и увидел неприятеля, он пальнул из винтовки по Ордынцу особо не целясь. Поняв, что перезарядка бесполезна, он выхватил свой любимый охотничий нож и приготовился встретить врага в ближнем бою.
Глупая идея была перезаряжать Малыша. Орки оказались сообразительнее, чем толпа оборванцев - военный отряд вычислил позиции артиллерии и пошёл в контратаку. Что же, хотели артиллерию - они её получат.
Оглянувшись через плечо, Дюк всё это осознал и перехватил Малыша поудобнее. Теперь это палица. Хорошая такая, тяжёлая...и неважно, будет ли она после этого стрелять. Другой рукой из-за пояса был вытащен широкий буканьерский нож - таким и с орка шкуру содрать можно.

Тем временем ордынцы уже выползали на берег, в то время, как стрелки уже готовились осыпать прибрежные кусты градом стрел и пуль, так как не могли разглядеть засевших в них недомерков.

ЗетаРа, прячась в камышах, продолжала успокаивать духов воды, пользуясь тем, что дворф шаман был отвлечён схваткой с эльфом.

Духов воды всё меньше, но они начинаюсь собираться возле дворфов.

Септор прижался к земле, завидев направление в свою сторону ружье и заслышав выстрел снова вскочил и сорвавшись с места. За пару мгновений сократил оставшееся расстояние и нанес широкий удар, намереваясь разрубить обоих дворфов одним ударом.

- Да чтоб тебя Нелтарион разодрал, зеленошкурая ты тварь! - пробормотал Дорн, едва успев отскочить от описавшего широкую дугу клинка, а затем крикнул, надеясь, что его товарищи успели изучить его излюбленный приём ведения ближнего боя: - СВЕТОВАЯ! Крик, естественно, был на дворфийском.
В следующую секунду перед носом у орка, да и у дворфов, разорвалась яркая вспышка, ослепляя всех, кто не успел закрыть глаза.
Денди тем временем, убедившись, что противник ушёл на дно, радостно фыркнул и сделав плавную дугу, огибая надолго застрявшую в иле груду ржавого металла, медленно размахивающую своим мечом, устремился к засевшей в кустах тролльке, инстинктивно почуяв в ней источник проблем.

Тром’нок, наконец, очнулся и понял, что находится в воде. Он быстро всплыл на поверхность, вдохнул немалое количество воздуха и помчался за таном, желая застать его врасплох и в конце концов убить.

Вспышка ослепила сразу всех - и дворфов, и орка, вызывая жжение в глазах.

Гардог тем временем сильно оттолкнулся ногами от дна и быстро всплыл на поверхность. Предшествующей перед его всплытием вспышки ему удалось избежать. Тан окинул быстрым взглядом то, что творилось вокруг, и сразу же направился к берегу, благо вода была уже спокойней, да и до берега было не далеко. Орка, бултыхавшегося неподалеку в воде, он трогать не стал.
Женщина, все еще частично пользующаяся гостеприимным прикрытием древа, только и ждала, когда голова надоедливого орка вынырнет из воды, демонстрируя всем собравшимся перекошенное и отплевывающееся лицо. Секунда - мокрый, чьи движения и скорость весьма замедляла вода, уже на прицеле. Вторая - в его сторону устремился, с шумом рассекая подогретый жаром битвы воздух, очередной патрон, который по задумке Морлины должен продырявить противнику башку.

Мортилиус терпеливо ожидал нападения. К своему великому огорчению, когда вода стала менее мутной, он увидел, что кроколиск уплывает. "Сбежать от меня вздумал? - гневно подумал Мортилиус. - Не выйдет!". Рыцарь вонзил меч в землю и, используя темную энергию, схватил убегающего врага за хвост и туловище и притянул к себе.

Крокодила с невероятной силой потащило к рыцарю смерти. Тем временем ордынцы дали залп, целясь в кусты, где ранее сидел Гардог. Морлина так и не попала в орка - он болтался на колышущейся волне, маша руками и иногда ныряя.

Плеснулась во взгляде Тиэлиса, прямом и выжидающим, гордость. Ишь ты, а дворф-то его же методом действовать пытается. Признаться, пару раз на уловки его попался воин. Теперь не попадётся. Раскусил. И смотрит-то Тиэлис как, ни одно движение, кажется, от его взгляда не скроется. А улыбка-то какая торжествующая! Подавил улыбку. Не отвлекаться. Потом всё это. Если будет «потом». Хотя, кто там это «потом» спрашивать собирается – конечно, будет.
Тиэлис плавно переместил центр тяжести на другую ногу и, рявкнув, нанёс-таки удар. Колющий удар, в который все силы вложил. Приготовился уже к торжеству, как болезненно яркий свет заставил резко зажмуриться..

Неудачный удар был парирован орком, хотя шаману явно повезло с так некстати возникшей вспышкой. Однако к нему уже медленно ползли давешние духи воды, собираясь наказать возмутителя спокойствия. Другие духи, в тоже время, подбирались к дворфам и орку на холме, к засевшей дворфийке, и даже к едва пришедшим в себя ордынцам, желая мести.

Двудгор, уже начиная уставать, чувствовал, как его руки каменеют, и духи приближаются. Дворф сжал свой громовой молот и решил воспользоваться ситуацией и немного отступить в сторону, нужно сконцентрироваться прямо на духах и на успокаивании их, дворф защищал жизни друзей.
Дюк! Сзади! - крикнул сородичу и вовремя увернулся от удара, который бы попросту их уничтожил. Воспользовавшись замешательством противника, набросился на того и сбил с ног, как кровожадный берсеркер начал яростно бить по уязвимым местам стараясь нанести максимальный урон и прирезать противника.
Дюк мгновенно среагировал на крик сзади, сделав кувырок впереёд и уходя от атаки. После чего доврф развернулся и тут же получил вспышкой по глазам.
-Ах ты ж долбанный ты ж нахрен, старый хреноподобный болотный хрыч... *ряд сочных эпитетов на дворфийском* - Дюк остервенело размахивал своей импровизированной палицей во все стороны, и явно не оставлял шансов тому, кто к нему приблизится остаться целым.

Лишившись зрения, Септор отскочил назад, глубоко вздохнув, он сосредоточился на слухе, а большего сейчас было и не нужно, он успел запомнить поле боя и рывком сблизился с Дюком, сбив его с ног ножнами.
Зета'Ра открыла глаза. Вода начала вновь заполнять камыши и троллиха уже сидела по пояс в воде, она схватила вещи Септора, вылезла из воды, бросила вещи на траву и вновь, рухнув на колени, принялась успокаивать воду. Однако теперь она сидела уже на краю камышей и её было гораздо легче заметить.

Дюк от неожиданности сел на землю, все еще не открывая глаз и продолжая молотить руками. На его лбу появилась здоровая шишка. В то же время Рагнар смог задеть Септора, оставив посреди торса царапину и разрезав несколько кожаных ремней. Стрелки сделали второй залп, стараясь целиться ближе к деревьям и приближаясь к позиции Морлины.

Дорн проморгался после неоправданно сильной вспышки, вызванной, видимо, слишком активной беседой шаманов с духами, и закричал: - Давай, ребята! Главное его повалить, а там запинаем! - после чего попытался подсечь посохом ноги орка, надеясь, что товарищи помогут добить зверя.
А на другом фланге меж тем храбрый кроколиск сражался с ужасающим рыцарем смерти. Удивлённо взвизгнув, он обнаружил, что прямо перед его пастью находится правая рука рыцаря смерти, столь неосмотрительно упустившая оружие. Тут сработали древнейшие инстинкты, и кроколиск мёртвой хваткой вцепился в руку, стойко пережив даже куски металла, привязанные к ней, одновременно хвостом и всеми шестью лапами отпихивая клинок как можно дальше от места сражения.

У Трома все еще были некоторые проблемы со зрением, и слегка кружилась голова. Поэтому он посчитал, что горстка грязи – тан дворфов. Естественно, как Тром’нок обнаружил свою ошибку, то сильно взбесился и всплыл наверх. Затем он разогнался что есть мочи и понесся на Гардога, замахнувшись топором и готовясь вступить с ним в ближний бой.

Металл больно врезался в пасть кроколиска, причиняя ему нешуточную боль. Тем более вонь, характерная для нежити, забивает ему нюх. Тем временем Тром’нок плывет медленно под тяжестью доспехов и иногда погружаясь в ил.

- Морлина, подсоби Дюку и Рагнару на фланге! – первым делом гаркнул Гардог, выбравшись на берег. Затем он вытащил из ножен кинжал и, не раздумывая, метнул его в назойливого орка. Не посмотрев на результат, поскольку не сомневался в своей меткости, Тан побежал на помощь к Двудгору. Добравшись, он нанес удар своим молотом, дабы сокрушить эльфа, не ожидающего появления нового противника.

Морлина, весьма удивившись тому факту, что ослепший ордынец сбил с ног ножнами от меча размахивающую палицей тушу, а купающийся орк в полном обмундировании и с топором в одной лапе старается догнать Гардога вплавь,а так же узрев приближающихся к ней с тыла материальных и нематериальных противников, продолжает, однако, услышав зов тана, поливать огнестрельным дождичком соперников Дюка и Рагнара.

Мортилиус стал пытаться сбросить зверя с руки.Боли, конечно, не было, но животное не давало возможности нанести сильный удар. Он ударил кроколиска по носу но не смог сбросить его. Тогда рыцарь свободной рукой попытался тем временем схватить отброшенный Кромсатель. К счастью, ему удалось, и Мортилиус незамедлительно нанес удар по зверю. Удар был не особо сильным, рыцарь хотел сбросить его с руки. В добавление к удару, Мортилиус использовал силу кровавых рун и начал кипятить кровь внутри кроколиска.

Приоткрыл глаза Тиэлис и нижнюю губу закусил, будто одну боль другой перебороть желал. И даже прошла, кажется, эта резь в глазах. Заморгал часто-часто, привыкая. Точно, прошла. Духи воды, вереницей устремившиеся к шаману, заставили эльфа несколько поменять расположение. Гордый был Тиэлис, со своими принципами. Не добивать сдавшихся на его милость, не сражаться с теми, кто явно слабее, не бить подло, в спину. Вот ведь незадача, с принципами-то этими неудобными. Однако так рассудил эльф: потревожил шаман духов-то этих, вот они на него и ополчились. Кругом вина шамана. Плевать на принципы, тем более, не в спину Тиэлис бьёт. Воспользовался эльф замешательством, рубанул воздух ударом меча. Тяжёлый удар, наотмашь, предназначался дворфу. Нечего отвлекаться! А сам-то отвлёкся. Не сразу заметил краем глаза подбежавшего со спины дворфа, не сразу услышал шаги, не сразу уклонился.

Выстрел Морлины задел Септора, оставив в его левой руке сквозную рану. Кроколиск вынуженно отпустил руку Мортилиуса, из его пасти хлестала кровь. Удар Гардога обрушился на щит Тиэлиса, вызвав гул и отбросив эльфа на несколько шагов вдоль берега. Его рука ослабла.

Двудгор сосредотачивался прямо на удержании элементалей и ярости духов. Он не мог отвлекаться полноценно на бой и мог лишь легонько отходить от места боя.

Элементали постепенно успокаивались и замедлялись.

Промазав с первой атакой, Рагнар вогнал нож в спину ордынцу напавшего на Дюка, схватил его и придавил к земле, дабы тот упал на спину и вонзил нож еще глубже. Издав яростный рев, вцепился в горло противнику, пытаясь перегрызть тому артерию…
А тем временем Денди скрылся под водой и направился к Трому, пока тот был в воде...

- Охуфафууу... - Именно с каким-то таким восклицанием Дюк плюхнулся пятой точкой на землю, продолжая по инерции махать палицей-Малышом. Хотя, очевидно, удар этого орка обладал невиданной целительной силой: Дюк сразу прозрел. Конкретнее: увидел здоровенную зелёную рожу у себя над головой.
- Твою ж... - Дюк на мгновение оцепенел, но в следующую секунду уже пришёл в себя.
-... МА-А-А-АТЬ! - удар тяжёлого ствола по колену и далее по роже орка. Нечего пугать так.

Промазав с первой атакой, Рагнар накинулся на ордынца напавшего на Дюка. Дворф постарался воткнуть кинжал в его спину. Затем, издав яростный рев, вцепился в горло противнику, пытаясь перегрызть тому артерию
А тем временем Денди скрылся под водой и направился к Трому пока тот был в воде...

Септор получил сильный удар по лицу, его даже немного отбросило, приложив затылком о челюсть наседавшего сверху Рагнара.

Септор склонился от ударов и выронил ножны, это было терпимо, а вот чего он точно не мог стерпеть, так это удара в спину. Схватив дворфа за волосы, перекинул его через себя на Дюка.

Дворфы упали друг на друга, и Рагнар пару раз попал по Дюку в приступе ярости, хотя и просто кулаками. Дорн оказался отброшен в сторону во время драки.

Первое, что увидел Дорн после того, как погасли посыпавшиеся из глаз искры - это то, как треклятая нежить уродует его Денди. Мгновенно забыл о усталости, орках и прочих незначительных вещах, от вскочил на ноги и закричал:
- ТЫ ЧТО, СКОТИНА, ДЕЛАЕШЬ?! ДА ТЫ В КУРСЕ, - непереводимая с дворфийского игра слов, - КТО ОН ТАКОЙ?! НУ ВСЁ, ТВАРЬ, СЕЙЧАС ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ЗА ВСЕ ЗАГУБЛЕННЫЕ ТОБОЙ ЖИЗНИ!
Злобно ворча, Дорн стиснул посох и сосредоточился на молитве. Всем, а уж жрецу и подавно, известно, что Свет причиняет нежити нестерпимые мучения, и сейчас, подпитываемый злостью и праведным гневом, он со всей силы обжёг поганого рыцаря смерти. Свет распалял жар в его прогнивших кишках, заставлял конечности испытывать дичайшую боль и, что самое главное, устремился прямиком к его поражённому скверной мозгу, заставляя вспомнить его, какого это - быть живым человеком, испытывать чувства, страдать... и дышать, находясь на два метра под водой, по пояс в иле, в тяжеленных доспехах и с огромным двуручным мечом в повреждённых руках.
Денди, не менее злой на мир вообще и на ордынцев в частности, развил невероятную скоростью и нацелился прямиком на неуклюже гребущую тушу орка в доспехах. Наученный горьким опытом, он не стал пытаться вскрыть консерву, а, удостоверившись, что враг при всём желании не сможет уклонится от его атаки, пошёл на таран всей своей двухметровой тушей.

Хотя магия Дорна и достигла Мортилиуса глубоко под водой, она была довольно слаба, так как дворф был еще начинающим жрецом. Мортилиус испытал сильную боль в искалеченной ноге и в руках, что сбило его с ритма и он опять опустился на дно.

Трома неслабо контузило от удара молотом об голову. Он только сейчас заметил, что старается делать движения, подобные бегу, по воде. Заметив кроколиска, приближающегося к нему, Тром’нок со всей дури ударил кулаком по нему. Затем он схватил кинжал Гардога, упавший рядом с ним, и засадил зверю в брюху. Не посмотрев, выжил ли кроколиск, орк быстро выбрался из воды и направился к другим членам Каменного Кулака, попутно осматривая обстановку.
- Я так понимаю, дворфийка не хочет выходить из укрытия? – спросил Тром’нок, встав рядом со стрелками, - Значит мы ее выкурим! Стрелки, используйте разрывные снаряды! Лучники, шаман подожжет наконечники ваших стрел!
Тром'нок жестом головы указал на таурена-шамана.
Затем орк подозвал троих разведчиков и прошептал:
- Вы незаметно обогнете озеро, ударив дворфов в спину. Выполняйте!
Потом Тром'нок подозвал еще двоих воинов и приказал:
- Вы будете защищать тролльку-шаманку во что бы то не стало! Ясно?! Тогда быстрее выполнять! Остальные, за мной! Поможем Септору и покажем вонючим алкоголикам, в каком Дун-Мороге они зимуют! - крикнул Тром’нок.

Воины ответили радостными кивками и клином двинулись за Тром’ноком, стрелки начали стрелять зажжёнными стрелами, подпаливая высохшие стебли кустарников. Шаман уже колдовал, пытаясь поджигать как можно больше стрел одновременно. Разведчики перешли дорогу и углубились в лес, стараясь обогнуть дорогу и дворфов и не попасться на глаза засевшей снайперше-дворфийке.
Тем временем кроколиск получил сильное ранение в шею, хотя застрявший кинжал сдерживал кровотечение.

Воспользовавшись заминкой противника, Гардог вновь продолжает атаковать эльфа, не обращая внимания на то, что повязка на его левой ладони намокла от крови. На этот раз дворф ударил молотом, стремясь выбить щит из рук эльфа, ну или хотя бы отвести его в сторону, чтобы следующий удар, который последовал незамедлительно, попал по врагу.

Морлина, заметившая, что по её позиции начали вести огонь, пригнувшись, перебежала за другое дерево, здесь было удобно прикрывать огнем дворфов, оставшихся на берегу, но остальных видно не было. Разместившись поудобней она произвела выстрел по орку, который возглавлял отряд, на всех парах несущийся в сторону её родичей.

Эльф не смог удержать щит ослабленной рукой, однако сумел его направить так, что удар дворфа заставил его врезаться ему же в руку, разорвав повязку на ладони и рассекая руку, после чего он упал в воду.
Выстрел Морлины попал в бегущего рядом с Тром’ноком тролля, пробив ему челюсть и вызвав обильное кровотечение.

Кроколиск снова стал уплывать на поверхность. "Я еще достану тебя!" - мысленно пригрозил Мортилиус. Он решил, что ему уже тоже пора заканчивать купание и вылезать на поверхность. К сожалению, саронитовые доспехи оказались слишком тяжелыми, поэтому эта задача была сложноватой. Поножи пробила пуля, но не серьезно, правая рукавица была сильно повреждена, слегка повредив руку. Мортилиус направился к ближайшей стенке озера. Подойдя к ней, рыцарь воткнул меч в стену и начал карабкаться на верх, что у него с первого раза не вышло. Следующая попытка была удачнее, но внезапно его поразила энергия Света. Удар был не особо сильный, но боль почувствовалась в ноге и в руке. От внезапного удара Мортилиус сорвался со стены на дно. "Проклятье! Светом атакуют. Где-то поблизости есть жрец или паладин." - сразу подумал Мортилиус - "Ничего, у меня тоже есть один фокус!". Он поднялся на ноги и произнес небольшое заклинание которому учили еще в Акерусе. Вдруг рыцаря окружила зеленая аура. Антимагический панцирь не сможет защитить его вечно, но даст время. Мортилиус довольно улыбнулся (по крайней мере попытался улыбнуться) и снова полез на поверхность.

Антимагический панцирь значительно приглушил силу Света, так что к берегу Мортилиус добрался уже в более-менее сносном состоянии, если не считать выливающуюся из всех щелей воду, которая набралась в тело и доспехи.

Удивился Тиэлис, вдоль кромки берега заскользив. Так удивился, что сперва даже боль в руке не почувствовал. Да и какая боль, когда задетая гордость похлеще, чем ушибленная рука, жжёт. Изнутри, противно так, подтачивает. Вот ведь неугомонная какая гордость попалась! А потом исчезло вдруг удивление, и боль тут же дала о себе знать. Тупая, ноющая. Закусил нижнюю губу эльф и отчаянно так головой мотнул. Ничего, пустяк. Ко всему можно привыкнуть.
Отступал шаман. Искусен шаман был в ремесле своём, а в фехтовании не годился в соперники Тиэлису. Вот совершенно не годился. Понимал это эльф и будто интерес к шаману потерял. Не пристально наблюдал за ним, а краем глаза, прищурившись. Негоже совсем из внимания цель выпускать. А вот откинувший его дворф сполна получит. За то, что посмел поединок прервать. За то, что со спины напал. Пристально взглянул на дворфа Тиэлис и такая ярость, на гордости замешанная, в его взгляде полыхнула, что вот затопила бы она соперника с головой, если бы выплеснуться могла.
Ишь ты, щит выбить из руки пытается. Крепкий удар, годный. Хороший соперник. Уважал Тиэлис хороших соперников, за которыми некоторые приемы подсмотреть можно было. Нелегко выбить щит у Тиэлиса. Вот что-что, а ременную петлю он всегда крепко-накрепко держал. А тут подвела рука. Дрогнула предательски. Дрогнула? А мы вот так, посмотрим… Стремительно изменил наклон щита эльф и всем корпусом вперёд подался, рявкнув громко. А ведь помогает крик-то. Сподручнее бить, да и боль притупляется. Отвлекающая, вот совершенно ненужная сейчас боль.
Не стал эльф бить. Ждал, когда поднимется противник. Будь они неладны, принципы эти. Ждал и, ожидая, отступил назад, поближе к шаману. Встал в боевую стойку, повернувшись так, чтобы не показывать шаману спину, и щитом прикрылся. А дрожали пальцы…

Двугор продолжал успокаивать духов воды, не обращая внимание на бившихся неподалеку тана и эльфа. Он, конечно, сильно желал прийти на помощь Гардогу, но разобраться с разгневанными стихиями, вероятно, было важнее. Да и в силы родича он верил.

Элементали постепенно исчезали, подчиняясь словам тролльки и дворфа.

Поняв что лежать перед носом у даже раненого орка - это плохая идея, Рагнар придя в себя отпрыгнул на орка повалив того на землю снова, нож еще глубже вошел в орка со спины... Найдя камень побольше да поострее, схватил его и начал бить им изо всех сил по лицу орка... Старался выбить тому глаза или, наконец, добить того... От таких атак мало кто выживает, особенно если их проводят рассвирепевшие пьяные дворфы...

Орк, хотя и был сильно ранен, сумел подставить свой меч под удар дворфа, отклонив камень и заставив его податься вперед и открыть незащищенный бок.

Дюк был готов к такому повороту событий, и упавший на него Рагнар не произвёл такого уж сильного эффекта. Да и Дюк был очень зол. ОЧЕНЬ зол. Вскочив сразу после Рагнара, он кинулся назад к вершине холма, откуда дерущиеся уже успели чутка откатиться, попутно от души врезав по роже орка Тяжеленным мушкетом со всего размаху.
Дюк взлетел на пригорок уже с гоблинской зажигалкой и бомбой в руке. Секунда - и бомба в орде орков несущихся в сторону Гардога. Ещё секунда - и посреди толпы разорвался тысячей свинцовых осколков корабельный снаряд, но Дюк уже не смотрел туда - бежал назад. Он хотел зуб этого здоровенного хрена, которого Рагнар уже наверняка замесил сзади...

Неожиданно посреди поля появился легкий туман, превратившийся в дождь. попавшие в него раненные осколками ордынцы почувствовали себя вновь здоровыми, хотя пятеро, не попавших внутрь, рухнули, как подкошенные. Несколько осколков достались и стоявшему недалеко Двудгору, сбив его концентрацию.

Септор хотел было подобрать выпавший из спины нож, позволив свои мыслям уйти с поля боя, - "Вот слабак, а только шкру попортил." - что оказалось ошибкой и дворфы необычнайно резко разбежались. В последний момент сработали рефлексы и рука сама собой сделала отработанное движение, схватившись за рукоять вакидзаси за спиной и полосонул по пузу дворфа, после чего, развернувшись на колене, ушёл от все еще летящего дворфа и проделал такой же но более широкий и мощный удар дай-катаной все еще крепко сжимаемой им в правой руке.
Зета'Ра поднялась и осмотрелась: духи воды растворились, она аккуратно выглянула из-за камышей, выглядывая хозяина. Заметив Септора, сражающегося на другом берегу, троллиха обеспокоенно прикусила губу, положение хозяина было не самое лучшее, это было понятно даже Зете, она вновь опустилась на колени, глубоко вздохнула, закрыла глаза и зашептала: - Ветер могучий, ветер свирепый, прошу тебя… молю… защити хозяина… обереги его от врагов...
Сомнительно, что незамысловатые речи молодой троллихи могли возыметь какое-нибудь действие… но чем Лоа не шутят.

Дворфа спасла только его броня, но рана оказалась очень существенной. Рагнар покатился с холма вниз, прямо в загорающийся кустарник. тем временем тело Септора, как и тело Тром’нока ранее, покрылось земляной коркой, остановившей на время кровотечение и закрывшей рану в ноге.

Убедившись, что Небесная Канцелярия стойко вознамерилась игнорировать любые действия доблестного клана Разящего Молота, в то время как грязные животные, кажется, напротив, получили необычайно сильное благословение всех мыслимых и немыслимых богов, Дорн мрачно сплюнул и пробормотал:
- Ну хорошо, собаки, сами нарвались. Сейчас мы будем играть по вашим, мать их, правилам...
Первым делом, жрец как следует сосредоточился и призвал все свои резервы, посылая заряд чистой энергии Света в кроколиска, раны на котором тот час затянулись, а сам Денди почувствовал себя свежим и отдохнувшим.
Вторым действием, собирая остатки сил, он вновь помог своим собратьям-дворфам, закрывая и исцеляя их раны и травмы. После всего этого Дорн вновь откупорил орочий грог и сделал несколько изрядных глотков, восстанавливая силы и готовясь обрушить на жалких прислужников поганых захватчиков кары небесные.
Денди же, почувствовав прилив сил, погрузился обратно в воду и поплыл на фланг, перехватывать посланных в обход орков.

Радостно взмахнув хвостом, излечившийся (но так и не избавившийся от кинжала) кроколиск что есть сил начал опять грести поближе к троллихе-шаманке. Однако Дорн явно переоценил свои силы - столько последовательных молитв к Свету его истощили настолько, что взгляд его померк, и он потерял сознание, уронив так и не закрытую флягу.
Тем временем над озером раздался не то клекот, не то рев, и пятерка всадников на грифонах упала в разных концах поля боя: двое - на лучников, еще двое упали прямо перед бегущим Тром’ноком и солдатами, один опустился рядом со сражающимся Гардогом.

Тром’нок, заметив, что пуля дворфийки попала троллю в челюсть, сильно взбесился и крикнул вслед стрелкам: «Обстреливайте все деревья! Либо она сгорит к ее чертовой бабушке, либо выйдет на открытое пространство! Сравняйте всю ближайшую к ней площадь с землей! Сначала подожгите фланги, чтобы сучка не смогла выбраться, а затем приближайтесь своими атаками к центру!»
Орк еще сильнее вскипел от ярости, когда рядом с отрядом взорвался снаряд и убил пятерых воинов. Кажется, это был пик его ярости. Зрачки сильно расширились, когда Тром’нок взглянул на дворфа, устроившего это.

Сержант набегу вытащил из небольшой сумки, находившейся у левого бока, механического цыпленка, сооруженного гоблинами, и запустил в сторону мортиры.
Пробегая мимо жреца, Тром’нок приказ пятерым бойцам напасть на него. Также часть воинов рассредоточил на других дворфов. Естественно, досталось всем, по паре воинов, кроме одного...
Сам же Тром'нок добежал до Дюка схватил его и встал на вершине холма, начав душить со всей силы. Так, что дворф и слова сказать не мог.
- Из-за тебя, проклятое животное, погибло пять бойцов! Ты будешь умирать очень мучительно! Я заставлю тебя испытать все страдания, которые пережили они! Хах! Смерть от удушья будет казаться для тебя блаженством, но не надейся! Ты будешь умирать очень медленно! Я выколю тебе глаза, сломаю все кости и сделаю такое, о чем даже в страшилках не говорят! Но для начала...
Тром'нок со всей дури потянул Дюка за бороду и вырвал из неё клок.
Завидев всадников на грифонах, он крикнул бойцам: "Проклятье! Рассредоточьтесь по ним! А я пока позабавлюсь..."

Оценив ситуацию на поле сражения, Гардог сплюнул под ноги и гаркнул на родном языке: «Отходим в глубь леса!» Дворф уже начал отходить назад, в сторону упавшего Дорна, как вдруг рядом с таном приземлился на грифоне один из Громовых Молотов.
- Подбери раненного и остальных, скольких сможете! – не теряя времени, сказал ему Гардог, мотнув головой в сторону, указывая на Дорна.
К тому времени, как основной ордынский отряд был на подходе, тан уже бежал в сторону леса.

Порядком запыхавшаяся Морлина, не выпуская оружия из рук, пригинаясь и петляя из стороны в сторону, понеслась к кустам, в которых валялся временно нейтрализованный бедолага Рагнар, что-то крича соратникам на дворфийском, мол, одна не унесу…

Дворф кивнул, и что-то гаркнул своим сослуживцам. Те выпустили пару молний по линии стрелков и стене солдат, опять нарушив ряды Кулака и, пока те пытались достать вертлявых всадников, они начали отступать. К сожалению, дворф забыл упомянуть про кроколиска, и потому всадники не придали ему значение, только оценив размер хищника, непонятно как выросшего на этом забытом озере.

Мортилиус наконец-то выбрался из этой лужи. Первым делом он оценил поле боя: тан дворфов и их шаман боролся с Тиэлисом и командиром Тромноком, Септор бился с тремя дворфами. Вот туда и нацелился рыцарь. Он перехватил меч поудобнее, зарядил меч нечестивой руной и отправился на подмогу к мастеру клинка. Он бежал так быстро как мог. В небе послышались крики грифонов. Мортилиус поднял взгляд вверх и увидел наездников на грифонах. Двое из них полетели в сторону лучников. Рыцарь выпустил темную хватку и схватил одного. Вместе с грифоном, он притянул их к себе. Дворфа он начал душить темной энергией, скинув наездника со своего скакуна, а сам стал наносить удары грифону. Грифон не сдавался и яростно давал отпор. Один сильный удар оставил вмятину в нагруднике. Но Мортилиус, вспомнив один прием, извернулся от удара грифона клювом и нанес последнему удар в грудь, заразив того нечестивой болезнью. Грифон уже начинал покачиваться, и Мортилиус отпустил дворфа на землю. Едва тот опустился, как рыцарь нанес ему жестокий удар в грудь, потом он выдернул меч и вонзил его в живот раз и так еще два раза. Расправившись с дворфом и оставив грифона умирать, он вновь направился к мастеру клинка, хотя чуть-чуть прихрамывая: грифон успел ударить рыцаря в сочленение на левой ноге, не скрытое доспехом.

Неожиданно где-то сзади раздались крики и к дереву, где Морлина только что стояла, выбежало несколько ордынцев. Но дворфийке повезло - она оказалась ограждена от разведчиков стеной огня, и те её не видели.
Наездник только и успел, что выпустить несколько молний, обугливших доспех и заставивших рыцаря смерти оцепенеть. Так что кроме вмятины, мешавшей нормально двигаться, он еще и подергивался от остаточного заряда.

Неожиданное отступление противника удивило Тиэлиса, приготовившегося уже отпор дать. Странно, слишком многое его сегодня удивляло. Выдохнул эльф что-то длинное на талассийском, будто плевался зло. Выдохнул, да и на самом деле сплюнул на траву влажную. Пропало зарождавшееся было уважение к противнику. Вот как появилось внезапно, так и пропало. Не стал догонять эльф. Из своей этой неудобной гордости не стал. Туда ему и дорога. Тьфу, противно даже!
Рука свинцом будто налилась. Даже отборная ругань, которой эльф разразился, не могла уже отвлечь от боли.

Только что приземлившийся возле эльфа грифон подхватил немного ошеломленного Двудгора и взмыл с ним над озером, напоследок толкнув эльфа в воду.

Рагнар быстро выхватил свой бинт из сумки, обработал рану спиртом из фляги и начал перевязку... Кликнув Денди, кроколиск выплыл из воды и подполз к хозяину... Вдруг с неба послышался шум, он нарастал все ближе, внезапно со стороны Орлиного Пика прилетел гирокоптер модели Третьей Войны, оттуда слышался радостный клик и смех, внезапно на позиции лучников открылся обстрел из крупнокалиберных пулеметов, быстро маневрируя, пилот сбросил осколочную бомбу дабы создать хаос в стане врагов. Повеселившись пару минут, увидел осветительную ракету из кустов у озера... Быстро спустился, какого же было удивление Энви Ленфелда увидеть старого товарища по Нордсколу, Рагнара! Рагнар был в еще большем восторге, он залез на гирокоптер прихватив с собой Денди, Энви Ленфелд взмыл в воздух пару раз пальнув по позициям Орды...
Так же внезапно, как и появился, гирокоптер скрылся за деревьями, направляясь в сторону Орлиного Пика...

Заметив столь удачный побег, всадники тоже начали спешить. Двое подлетели к горе, забрав с собой Дюка и все еще валяющегося в отключке Дорна и разметав в разные стороны Тром’нока и Септора, но не причинив им особого вреда. Последний грифон направился к бегущей Морлине. Тем не менее, осколочная бомба изрядно напугала ордынцев, хотя и взорвалась на дне озера, а пулеметы смогли ранить нескольких лучников - постоянная болтанка не давала пилоту прицелиться.

ЗетаРа открыла глаза, поднялась, чтобы осмотреть поле боя, но не удержалась и плюхнулась в прибрежный песок. Такой длительный диалог с духами, да ещё и в одиночку для юной и слабой шаманки был изматывающим. Зета устало провела по лбу тыльной стороной ладони. Она решила, что пока лучше отдохнуть, подтянула к себе вещи хозяина и осталась сидеть… ждать пока всё окончательно уляжется.

Септор поднялся с земли, наконец, он мог спокойно убрать короткий меч в ножны. Подкинув ножны своего клинка, поймал его освободившийся рукой и убрал в него меч. Тяжело вздохнув он открыл глаза и, улыбнувшись, наклонился за оставшейся валяться винтовкой дворфа:
- Хотя бы трофей остался.
Тром’нок вылез из воды на берег, встал и сильно разозлился, что лишился такой знатной добычи. Он хотел метнуть в наездника чем-нибудь, однако его топор отлетел в другую часть озера, и под руками не оказалось ничего дельного. Тром’нок еще минуту продолжал смотреть на улетающего грифона, пока тот не скрылся из виду. Затем, он наконец изрек:"Шавки Альянса вечно убегают! Как хорошо, что я не родился каким-то мелким, вонючим и уродливым дворфом! Солдаты, соберите раненных и тела наших бойцов! Мы будем помнить их и прославлять в песнях, как великих воинов! Берем рыбу, что сдохла от бомбы этой летающий херни, перегруппировываемся и сваливаем! Нас ждут великие дела! В конце концов, нам пора освободить Падший Молот от супостатов, показав всю мощь и величие Орды! У вас есть 10 минут! О, а это я повешу на стену в качестве трофея” - произнес Тром’нок, еще сдерживая клок бороды Дюка.

Надеясь, что этим глупым поступком он все же привлек к себе их внимание, Гардог что есть мочи побежал дальше в лес, дабы хоть как-то отвлечь ордынцев от места, где была Морлина.

Ордынцы с ревом бросились за дворфом, по широкой дуге огибая разгоравшееся пламя. Когда они вышли на еще целое место, дворфа и след простыл. Почесав затылки, они принялись обшаривать окрестности, не заметив и вторую фигуру.

Морлина, при виде оравы, двинувшей за Гардогом, тихо, не привлекая внимания и используя особенности местности, ушла в глубь леса.

Мортилиус добил грифона, втянув немного его жизненной силы, и убрал меч в ножны и оглянулся на поле битвы. "Сколько погибших," - подумал он. Рыцарь попытался вправить себе вывихнутую кость. Немного покопавшись в ноге, ему это удалось, теперь его походка более твердая и уверенная. Услышав приказ командира, Мортилиус подошел к ближайшему телу орка, взволил его к себе на плечи, слегка согнувшись от тяжести, и пошел к остальным.

Вот ведь ирония судьбы, будь она неладна. Не хотел пить эту дрянную, отдающую тиной мутную водицу, а нахлебался. Да знатно так ещё! Ну это и не мудрено, лицом ведь упал Тиэлис в воду. Так упал, что сотни брызг поднял и чуть в дно носом не ткнулся, да сгруппировался сразу. Рывком, насколько возможно помогая себе мечом и здоровой рукой, поднялся на ноги, отплевался и нечленораздельно гаркнул что-то. Выругался, не иначе. Боль заставила стиснуть зубы. Не разжимались пальцы, вцепившиеся мёртвой хваткой в ремень щита. Онемели.
- Попили водички, так её и растак! - неизвестно кому пожаловался эльф и, покосившись на Трома, процедил скрозь зубы, но беззлобно как-то. - Бесполезный!

Отряд медленно собирался на берегу, подсчитывая потери. Убитых было решено хоронить у деревни, а не в лесу. Для раненных сооружали носилки - скрытая операция не предполагала наличие верховых животных. К сожалению, их миссия теперь не имела смысла - дворфы будут явно предупреждены, и в ближайшее время тут появится хорошо вооруженный отряд с всевозможной поддержкой. Потому Тром’нок, взвесив все доводы, приказал поворачивать обратно. Предстояло возвращение на пылающее битвами нагорье Арати.

Всадники на грифонах унесли потрепанных дворфов в сторону Орлиного Пика. Спустя какое-то время Гардог нашел Морлину в чащобе леса.

 

Комментарии

#6530 23 сентября 2021, 10:33 Ксарр

Самая незабываемая встреча Кулака с кланом, что приятно вспоминать снова и снова.